Статья 338. Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями

1. Судья с учетом результатов судебного следствия, прений сторон формулирует в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, зачитывает их и передает сторонам.

2. Стороны вправе высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внести предложения о постановке новых вопросов. При этом судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление.

3. На время обсуждения и формулирования вопросов присяжные заседатели удаляются из зала судебного заседания.

4. С учетом замечаний и предложений сторон судья в совещательной комнате окончательно формулирует вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и вносит их в вопросный лист, который подписывается им.

5. Вопросный лист оглашается в присутствии присяжных заседателей и передается старшине присяжных. Перед удалением в совещательную комнату присяжные заседатели вправе получить от председательствующего разъяснения по возникшим у них неясностям в связи с поставленными вопросами, не касаясь при этом существа возможных ответов на эти вопросы.

Комментарий к Ст. 338 УПК РФ

1. Формулируя письменно вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, председательствующий судья ориентируется все на тот же их перечень, который содержится в пунктах 1, 2 и 4 части первой статьи 299 УПК, с уточнениями, содержащимися в части первой статьи 334 УПК, с насыщением их конкретными данными уголовного дела («доказано ли, что имело место лишение жизни Иванова, в совершении которого обвиняется подсудимый Петров?» и т.д.).

2. Новыми вопросами, которые имеются в виду в части второй комментируемой статьи, следует считать такие, которые не выпадают из общей компетенции присяжных заседателей, а лишь уточняют, детализируют четверку вопросов, образующих данную компетенцию. Данное положение связано с дискуссионной проблемой, может ли быть задан присяжным заседателям вопрос специального юридического характера. По буквальному смыслу действующего закона — может, потому что, например, вопрос: «Виновен ли подсудимый в совершении этого преступления?» (пункт 4 части первой статьи 299 УПК) — это именно такой специальный вопрос, он требует знаний в области уголовно-правового учения о вине как о психическом отношении субъекта к содеянному, о формах вины, о видах умысла и неосторожности, о мотивах и целях как обязательных признаках субъективной стороны состава преступления. Представляется, что идее суда присяжных больше отвечало бы такое правило, когда подобные специальные вопросы подвергались бы дроблению на составляющие, а сами эти составляющие были бы гораздо более понятны юридически не подготовленному человеку. (Например: а) «Преднамеренно ли подсудимый Иванов лишил жизни Петрова?» б) «Преследовал ли подсудимый Иванов корыстную цель, лишая жизни Петрова?») Такое дробление допустимо в рамках права судьи на постановку новых вопросов.

3. При обвинении подсудимого в совершении неоконченного преступления председательствующий судья должен в понятной формулировке поставить перед присяжными вопрос о доказанности причин, по которым преступление не было доведено до конца, т.е. фактических обстоятельств, лишивших возможности подсудимого осуществить свое намерение (сломалось лезвие ножа, потерпевшему удалось выбить из рук подсудимого оружие, потерпевшему была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь и т.д.) (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. N 23).

4. Не допускается постановка частных вопросов о виновности других лиц, не привлеченных к уголовной ответственности по данному уголовному делу, а также вопросов, ответы на которые способны ухудшить положение обвиняемого или нарушить его право на защиту либо означают признание в совершении деяния, которое данному подсудимому вообще не вменялось в вину или не было поддержано государственным обвинителем (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. N 23).

5. Судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих его ответственность за менее тяжкое преступление. Эта обязанность также связана с необходимостью постановки новых вопросов присяжным заседателям. Так, например, если в свете показаний подсудимого и ходатайства стороны защиты в уголовном деле важнейшее значение приобрел вопрос о наличии или отсутствии в действиях подсудимого признаков необходимой обороны, чтобы присяжные заседатели могли вынести правильный вердикт, перед их коллегией должен быть поставлен вопрос или даже вопросы, которые в общедоступной форме акцентировали бы внимание на этом обстоятельстве, исключающем преступность деяния (статья 37 УК).

6. На время обсуждения и формулирования вопросов, в которых принимают участие судья и стороны, присяжные заседатели подлежат удалению из зала судебного заседания, с тем чтобы само такое обсуждение, в котором участвуют профессиональные юристы — судья, прокурор и адвокат, не подсказывало ответы на вопросы. Вердикт должен выноситься исключительно на материалах судебного следствия и прений сторон.

7. Основой для работы присяжных заседателей в совещательной комнате является вопросный лист, который передается судьей старшине присяжных заседателей. Ответы на него и образуют вердикт присяжных заседателей, а вердикт — основу судебного приговора. Поэтому от правильности и ясности поставленных вопросов во многом зависят и правосудность будущего решения по уголовному делу, и его будущая судьба.